konceptnews (konceptnews) wrote in aftershock_7,
konceptnews
konceptnews
aftershock_7

Category:

“Закон времени”. Как и почему изменился этот мир? ч.1


Окружающий нас мир очевидно меняется.
Для того, чтобы представить о чем пойдет речь в этом посте посмотрите этот ролик:

Самая большая англоговорящая страна – это Китай…
25% детей в Индии с наивысшим IQ – это больше, чем количество ВСЕХ детей в США…
10 самых востребованных работ в 2010 года НЕ существовало в 2004-м…
Сейчас мы готовим студентов к работе, которая даже еще НЕ существует…
Что бы решать проблемы, которые МЫ НЕ ЗНАЕМ, в чем они заключаются…

Что происходит?

 
… Есть ещё один — (наи-) более значимый для судеб человечества фактор, поскольку именно его воздействие способно остановить развитие биосферно-экологи­чес­кого и сопутствующих ему социальных кризисов, если люди адекватно отреагируют на него. 

Этот фактор может быть описан вкратце в следующих словах:

- В древности, несколько тысяч лет тому назад, на заре становления нынешней глобальной цивилизации скорость течения технико-технологического прогресса была близка к нулю. Это выражалось в том, что через практически неизменный в технико-технологическом отношении мир проходили десятки, если не сотни поколений людей.
· В настоящее время в течение жизни одного поколения успевают смениться несколько поколений техники и технологий.

Значимость этого изменения качества жизни глобальной цивилизации для её будущего — огромна.

clip_image002

Рис. Изменение соотношения эталонных частот биологического и социального времени

Хотя среднестатистическая продолжительность жизни людей и росла на протяжении памятной истории нынешней цивилизации, однако она не выросла многократно. Вследствие этого её можно считать приблизительно неизменной по отношению к эталону астрономического времени.

Продолжительность «жизни» поколений технологий и жизненных навыков на протяжении всей истории не является неизменной (по отношению к астрономическому эталону времени), даже приближённо: в ходе глобального исторического процесса имеет место сокращение периода вытеснения прежних технологий и жизненных навыков новыми поколениями технологий и жизненно значимых навыков. Т.е. процесс обновления технологий и социально значимых навыков ускоряется на протяжении всей истории, если соотносить его с астрономическим эталоном времени.

Выявленное и графически показанное выше изменение соотношения эталонных частот биологического и социального времени [закон времени – именно в этом и выражается]— объективное явление, и оно же — собственная характеристика глобальной биологически-социаль­ной системы, общепринято именуемой «человеческая цивилизация».

 

… всякий биологический вид в процессе адаптации к изменяющимся условиями среды обитания может быть рассмотрен как двухканальная информационно-алгоритмическая система. Это касается и человечества:

1223492521_image00001_495x300

· Один канал — далее его будем именовать генетическим — обеспечивает адаптацию в процессе смены поколений на основе работы генетического механизма.


teaching-kids-good-values

· Второй канал можно было бы назвать индивидуально-реак­тив­ный, поскольку он обеспечивает адаптацию за счёт индивидуальных реакций особей, которые непосредственно сталкиваются с факторами воздействия среды. Однако, хотя речь идёт об индивидуальных реакциях, но второй канал по отношению к обществам и человечеству правильнее назвать социальным, поскольку генетически не наследуемые поведенческие навыки (включая творческие) и знания всякий индивид большей частью воспринимает из культуры общества в процессе воспитания (если у ребёнка доступа к достижениям культуры нет, то получается человекообразное «растение» или «маугли», а некоторые из найденных спустя годы «робинзонов», на протяжении длительного времени одиночества, успевали «одичать») и только отчасти производит сам.

[именно необходимостью дать ребенку объем знаний, достаточный для адаптации в современной технократическом мире, обуславливается столь длительный процесс образования]

Именно рассмотрение человечества как двухканальной информационно-алгоритмической системы при анализе воздействия технико-технологи­чес­кого прогресса на жизнь людей позволяет выявить и осознать изменения качественного характера в жизни глобальной цивилизации, происшедшие в течение ХХ века.

   

Последнее по отношению к человечеству в целом, по отношению к составляющим его национальным обществам, диаспорам и иным социальным группам означает, что их дальнейшее существование при изменившемся характере взаимодействия людей со средой обитания требует изменение качества культуры: прежде всего — в аспектах воспитания (в смысле формирования психики личности) и образования (в смысле обучения владению теми или иными знаниями и навыками).
[например, ребенок, выросший в африканском племени, вряд-ли сможет адаптироваться к жизни в современном городе, причем основными будут именно психологические причины]

tolpa 
[Схема организации толпо-элитаризма. Нужно обратить внимание на то, что фактология (знания элит) под воздействием Закона времени начинают как бы стекать к толпе. Пирамида знаний (суть толпо-элитаризма) начинает разрушаться - элите приходится “сливать” толпе всё больше информации об устройстве окружающего мира для своевременной адаптации толпы. Пример, любой рабочий на атомной станции должен понимать принцип работы АЭС, соответственно он должен владеть информацией о строении материи, законах и принципах взаимодействия вещества. Причем такие знания должны быть в головах максимального количества рабочих, потому что это обеспечивает самостоятельное управление рабочим своим рабочим процессом (невозможно всё прописать в инструкциях) в допустимых пределах, а также обеспечивает управленческую взаимозаменяемость]

Толпо-«элитаризм», рассматриваемый как биологически-соци­альная информационно-алгоритмическая система, [был] устойчив при прежнем соотношении эталонных частот биологического и социального времени [то есть когда технократическое изменение окружающего мира происходило очень медленно]. Это свойство устойчивости толпо-«элитаризма» при прежнем соотношении эталонных частот биологического и социального времени обусловлено двумя внутрисоциальными факторами:
· почти что полной неизменностью на протяжении периода активной жизни людей структуры статистики профессий, востребуемых общественным объединением труда;
· особенностями воспроизводства (в том числе и в преемственности поколений) профессионализма, необходимого для соучастия в общественном объединении труда. 


В древности в условиях ограниченного производственного потенциала, культурной и технологической, в частности, неизменности мира, наиболее эффективной системой передачи от поколения к поколению профессиональных знаний и навыков было обучение в семье. Один отец учил сына быть хлеборобом, другой отец учил сына быть государем. И в смысле учительства между ними не было какой бы то ни было принципиальной разницы. Разница была только в характере общественно необходимого профессионализма (зна­ниях и практических навыках), который осваивали дети обоих столь социально-статусно разных родителей: сын хлебороба учился чуять природу и вести хозяйство в согласии с её биоритмами, поскольку в противном случае невозможно обеспечить достаток; сын государя учился быть зачинателем дел общественной в целом значимости и организатором коллективов, на которые возлагалось бы осуществление такого рода дел, и прежде всего — учился быть организатором и руководителем войска.

При этом в культурно и организационно-технологически неизменном мире можно было жить, сохраняя свой профессиональный и сопутствующий ему социальный статус, всю жизнь на основе единственный раз освоенных в детстве и отрочестве знаний и навыков: они не устаревали. Но в условиях необходимости работать от зари до зари при низкой энерговооружённости производства, невозможно было в течение жизни одного поколения самостоятельно воспроизвести все необходимые знания и навыки, необходимые для того, чтобы оставить свою изначальную профессию и войти в иную сферу деятельности так, чтобы превосходство в профессионализме в ней новичка было общепризнанно.

Соответственно способность к взаимозаменяемости людей в сферах профессиональной деятельности была крайне низкой: захваченного в плен вражеского царя, конечно, можно было, чтобы унизить, психологически сломав, сделать своим дворцовым ассенизатором — бывший царь с обязанностями ассенизатора справился бы; но вот посадить профессионального ассенизатора на трон — статистически предопределённо означало бы привести общество к катастрофе управления, поскольку действительно крайне низка вероятность того, что у «ассени­за­тора» в случае воцарения имелись бы: 1) зна­ния, обеспечивающие достаточную адекватность власти потребностям в управлении делами общественной в целом значимости, и 2) навыки организовывать разнородные коллективы людей на дела общественной в целом значимости.

Кроме того, зависимость общества от профессионализма разного рода — разная: от непрофессионализма какого-то одного из множества пахарей или ремесленников в подавляющем большинстве случаев мало что зависит в масштабах общества в целом, а управленческий непрофессионализм царя или воеводы может стать причиной краха государства, общества и его культуры… В истории России последний пример такого рода — итоги правления императора Николая II, подготовленные правлением подавляющего большинства его династических предшественников на троне.

Именно в таких условиях, порождённых прежним соотношением эталонных частот биологического и социального времени, вызубрив всё в университете, — единожды освоенными знаниями и навыками можно было жить всю жизнь: «жить» бездумно — автоматически отрабатывая некогда освоенные поведенческие программы общения с людьми и алгоритмы профессиональной деятельности в каждом из множества стечений жизненных обстоятельств.

Положение несколько изменилось только после первой промышленной революции, под напором которой в Европе произошли буржуазно-демократические революции, разрушившие, хотя и не все, но многие сословно-кастовые границы в юридическом и в негласно-традиционном их выражении.

Сам же напор первой промышленной революции на прежнюю сословно-кастовую социальную систему Запада по своему информационно-алгоритмическому существу представлял собой уменьшение кратности отношения частот эталонов биологического и социального (технологи­ческого) времени.

При этом:
· периодичность обновления технологий, обеспечивающих материальный достаток в обществе, стала соизмерима (того же порядка — десятилетия, но не столетия или тысячелетия, как в древности) с продолжительностью человеческой жизни; 
· а массовое внедрение ранее неизвестных машинных технологий в одной или в нескольких отраслях общественного объединения труда резко и значительно изменяло в обществе отраслевые пропорции занятости (статистику востребуемого общественным объединением труда профессионализма) в течение жизни одного поколения, в результате чего многие люди, лишившись прежнего заработка, не могли сами обрести новых профессий и найти себе новое место в жизни, к чему прежняя система общественных отношений на Западе (так называемый феодализм) с жёсткой сословно-клановой структурой оказалась не готовой.
[В этом заключается одна из объективных причин разрушения сословно-кастового феодализма].

Реакция на технологическое обновление жизни была разной в разных слоях западного общества: одни безоглядно наживались за счёт резко улучшившейся (вследствие изменения отраслевых пропорций) конъюнктуры рынка для сбыта продукции, производимой на объектах их собственности; другие, не способные найти новое место в общественном объединении труда, образовали собой массовое движение рабочего простонародья, направленное против технико-технологического прогресса, разрушали машины, выдвигали требования вернуться к ручному труду и законодательно запретить машинное производство, а также и охотились на изобретателей; кто-то, прежде чем быть раздавленным, попытался укрыться от «веяний времени» в разного рода скорлупках или же «пировал» во время первого пришествия этой «технологической чумы», дожидаясь исполнения своей судьбы.

Меньшинство же,
· способное переосмыслить многое в известном историческом прошлом и в их современном настоящем,
· имевшее свободное время [см. сноску про Сталина после абзаца] и доступ к информации,
· часто получившее хорошее образование по критериям прежней системы (в том числе и посвященные разного рода орденов и иудомасонства),

углубились в социологию и анализ возможностей перехода к иному общественному устройству взаимоотношений людей, которое бы не конфликтовало с проявлениями научного и технико-технологического прогресса. И многие из них впоследствии вошли в известность как ранние идеологи буржуазно-демокра­тических революций и «гражданского общества», ставшего реальностью наших дней на Западе, и в наиболее ярком виде — в США.

[
Про необходимость свободного времени

3. Необходимо, в‑третьих, добиться такого культурного роста общества, который бы обеспечил всем членам общества всестороннее развитие их физических и умственных способностей, чтобы члены общества имели возможность получить образование, достаточное для того, чтобы стать активными деятелями общественного развития, чтобы они имели возможность свободно выбирать профессию, а не быть прикованными на всю жизнь, в силу существующего разделения труда, к одной какой‑либо профессии.Что требуется для этого?
Было бы неправильно думать, что можно добиться такого серьезного культурного роста членов общества без серьезных изменений в нынешнем положении труда. Для этого нужно прежде всего сократить рабочий день по крайней мере до 6, а потом и до 5 часов. Это необходимо для того, чтобы члены общества получили достаточно свободного времени, необходимого для получения всестороннего образования. Для этого нужно, далее, ввести общеобязательное политехническое обучение, необходимое для того, чтобы члены общества имели возможность свободно выбирать профессию и не быть прикованными на всю жизнь к одной какой‑либо профессии. Для этого нужно, дальше, коренным образом улучшить жилищные условия и поднять реальную зарплату рабочих и служащих минимум вдвое, если не больше, как путем прямого повышения денежной зарплаты, так и, особенно, путем дальнейшего систематического снижения цен на предметы массового потребления.
И.В. Сталин “Экономические проблемы социализма в СССР”, 1952 год, за год до смерти
]

Промышленная революция на Западе, завершившая эпоху феодализма по-европейски, известна из учебников истории всем, но в учебниках истории рассматривалась и рассматривается только внешне видимая сторона событий, приводятся те или иные факты, но в стороне остаётся внутренняя подоплека, т.е. алгоритмика, порождающая определённую направленность течения региональных и глобального исторического процессов, только выражающихся в конкретике фактов истории. Мы же взглянули на информационно-алгоритмическое обеспечение жизни нынешней цивилизации, которые в эпоху первой промышленной революции привели к изменению общественного устройства жизни людей и оказали необратимое влияние на течение всех последующих событий.

Свершившееся изменение соотношения частот эталонов биологического и социального времени — своего рода порог в истории человечества, переступив который, и даже не заметив того, человечество уже по существу оказалось в новой эпохе — в начинающем её периоде «водораздела».

Феодальная же «элита» Европы была горделиво спесива, алчна и агрессивна в потреблении, не охоча до духовной культуры и интеллектуальной деятельности на основе миросозерцания и иного рода «мистики», по какой причине и прозевала крушение своего царства, взорванного изнутри технико-технологическим прогрессом в эпоху буржуазно-демо­кра­тических революций, основу для которых создала сиюминутно корыстная алчность правящей «элиты» эпохи феодализма.

Когда меняются воды

Однажды Хидр [покровитель суфиев] учитель Моисея, обратился к человечеству с предостережением.
— Наступит такой день, — сказал он, — когда вся вода в мире, кроме той, что будет специально собрана, исчезнет. Затем ей на смену появится другая вода, от которой люди будут сходить с ума.
Лишь один человек понял смысл этих слов. Он собрал большой запас воды и спрятала его в надёжном месте. Затем он стал поджидать, когда вода изменится.
В предсказанный день иссякли все реки, высохли колодцы, и тот человек, удалившись в убежище, стал пить из своих запасов.
Когда он увидел из своего убежища, что реки возобновили своё течение, то спустился к сынам человеческим. Он обнаружил, что они говорят и думают совсем не так, как прежде, они не помнят ни то, что с ними произошло, ни то, о чём их предостерегали. Когда он попытался с ними заговорить, то понял, что они считают его сумасшедшим и проявляют к нему враждебность либо сострадание, но никак не понимание.
По началу он совсем не притрагивался к новой воде и каждый день возвращался к своим запасам. Однако в конце концов он решил пить отныне новую воду, так как его поведение и мышление, выделявшие его среди остальных, сделали жизнь невыносимо одинокой. Он выпил новой воды и стал таким, как все. Тогда он совсем забыл о запасе иной воды, а окружающие его люди стали смотреть на него как на сумасшедшего, который чудесным образом исцелился от своего безумия.

Это — иносказание, которое пережило века. Только в вымышленной сказочной реальности его можно понимать в том смысле, что речь идет о какой-то «трансмутации» природной воды (Н2О), а не о некой иной «воде», свойственной обществу, которая по некоторым качествам в его жизни в каком-то смысле аналогична воде в жизни планеты Земля в целом.

Таким аналогом воды (Н2О) в жизни общества является культура — вся генетически ненаследуемая информация, передаваемая от поколения к поколению в их преемственности. Причём вещественные памятники и объекты культуры — выражение психической культуры (культуры мироощущения, культуры мышления, культуры осмысления происходящего), каждый этап развития которой предшествует каждому этапу развития вещественной культуры, выражающей психическую деятельность людей и господствующий в обществе строй психики.

Суфий древности мог иметь предвидение во «вне­лек­си­чес­ких» субъективных образах о смене качества культуры, и потому имел некое представление в субъективно-образной форме о каждом из типов «вод». Но вряд ли бы его единообразно поняли современники, имевшие субъективно-образное представление только о том типе «воды» (культуры, нравственности и этики), в которой они жили сами, и вряд ли бы они передали это предсказание через века, попробуй он им рассказать всё прямо. Но сказка, как иносказание о чудесном неведомом и непонятном, пережила многие поколения.

О том же так же метафорически говорил и Христос:
«Иисус сказал ей в ответ: если бы ты знала дар Божий и Кто говорит тебе: дай Мне пить, то ты сама просила бы у Него, и Он дал бы тебе воду живую. Женщина говорит Ему: господин! тебе и почерпнуть нечем, а колодезь глубок; откуда же у тебя вода живая? Неужели ты больше отца нашего Иакова, который дал нам этот колодезь и сам из него пил, и дети его, и скот его? Иисус сказал ей в ответ: всякий, пьющий воду сию, возжаждет опять, а кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек; но вода, которую Я дам ему, сделается в нём источником воды, текущей в жизнь вечную. Женщина говорит Ему: господин! дай мне этой воды, чтобы мне не иметь жажды и не приходить сюда черпать» (Иоанн, 4:10 — 15).
[лично мне всегда казалось, что эта притча о том, что невозможно насытить свои желаниям, всегда будет хотеться еще и еще. И только духовное прозрение, осознание человеком вечных истин способно что-то изменить в человеке. Но с суфийской притчей – авторы попали в точку ]


6201072_d65a3e6b94

Естественно, что с точки зрения человека живущего в одном ти­пе культуры, внезапно оказаться в другом — качественно ином типе культуры — означает выглядеть в ней сумасшедшим и возможно вызвать к себе «враждебность» (поскольку его действия, обусловленные прежней культурой, могут быть разрушительными по отношению к новой культуре) или сострадание. Само же общество, живущее иной культурой, с точки зрения вне­за­пно в нём оказавшегося также будет выглядеть как «психбольница на свободе». Его отношения с обществом войдут в лад, только после того, как он приобщится к новой культуре и новая «во­да» станет основой его «физиологии» в преобразившемся обществе.

Если вспомнить, что чувствительность разных сфер жизни общества к воздействию процесса обновления технологий и жизненных навыков — разная, то следует сделать вывод: «воды» меняются не мгновенно, и не все сразу, но объективно меняются в течение интервала времени, довольно продолжительного по отношению и к ширине «Настоящее» и к продолжительности жизни поколения. Другое дело, кто и как из людей каждого поколения это чувствует, и как реагируют на происходящие изменения разные люди, которые живут в этих «водах». Чувствительность людей и способность их субъективно осмыслить ту объективную информацию, что приносят им чувства, — разная:
· Хидр, учитель Моисея, говорил о предстоящей смене «вод» уже тысячи лет тому назад — почти что на заре становления нынешней цивилизации, задолго до начала явно видимого процесса изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени в ней.
· Западные ранние идеологи буржуазно-демократических революций и гражданского общества, в отличие от им современных их противников, отреагировали на первые проявления начавшегося в их историческое время процесса изменения соотношения эталонных частот по свершившемуся реальному факту.
· Правящая «элита» России до 1917 г. оказалась слепой и глухой и потому и неспособной заблаговременно провести необходимые общественные преобразования.

А деятельность Петра I, Екатерины II, ужесточивших кастовую замкнутость простонародья в ярме крепостного права, даже усугубила обстановку в стране, лишив последующих реформаторов (Николая I, Александра II, Александра III и Николая II) запаса социального времени, необходимого на проведение реформ. Хотя те и пытались осуществить реформы, но в условиях созданного династическими предками исторического «цейтнота» они не смогли избежать социальных потрясений. В результате в Российской империи реформы проводились под жёстким давлением перезревших обстоятельств, с которыми последующие цари-рефор­ма­торы не совладали. Они погибли по причине внутренней конфликтности всей совокупности осуществляемых ими мероприятий и отсутствия долговременных целей и стратегии преобразований внутриобщественных отношений.

Подавляющее же большинство населения Запада в эпоху первой промышленной революции и России до 1917 г. (включая и бо́льшую часть «элиты») «жило настоящим» и событиями, локализованными в пределах непосредственно видимого горизонта. Вследствие этого все катастрофы государственности и культуры воспринимались ими подобно нахлынувшим и непредсказуемым заранее стихийным бедствиям, от которых невозможно защититься заблаговременным изменением самих себя и жизненного устройства общества.

Отсюда
Основы социологии, Том 3 Часть 2. Раздел: Жизнь человечества: толпо-«элитаризм» —историко-политическая реальность и перспективы
(pdf, fb2)

 

Tags: Будущее, Закон времени, Общество
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments